Сентябрь
КОШКИ
![]() |
В сказах Бажова, сохранивших для нас заводские уральские легенды, часто упоминается Земляная кошка. На Урале считалось, что живет этот зверь под землей, а над землей торчат только его рыжие, огненные уши. Где покажутся такие уши – там клад зарыт. А появилось такое поверье, видимо, благодаря сернистым огонькам, вырывающимся из горных пустот. |
У коми существуют любопытные сказки и поверья о кошках. Например, существует сказка о девочках, побежавших за кошкой с золотым хвостом. Кошка привела их к медведю, но в конце-концов, девочки крикнули «Рассыпься!» и медведь превратился в монеты. Для нас здесь интересны совпадения с бажовским сказом – бабка Колесишка бормочет: «Змея кошки боится, кошка собаки боится, собака волка боится, волк медведя боится. Дыр-быр-гыр! Чур меня! Рассыпься!». Второе совпадение – камень, закрывающий тайник с «кошачьими глазками» – медными изумрудами, походит на медведя.
На языке коми кошка называется «кань», с ней связан ряд народных примет. Например, вид черного кота может принять «нечистый клад», во время грозы в кошку может ударить молния. Считалось, что с помощью кошки и заговоров можно отвадить от деревни медведей. Тут приходят на память сказки, где действует аршинный кот Ёмы (аналог Бабы Яги), который может превращаться в птиц и старика, плавать, летать, проходить через огонь…
Кошка Муренка из сказа «Серебряное копытце» – это не сказочный, а литературный образ. При сотне пересказов этой истории из уст в уста Муренка не сохранилась бы. Да и стилистика бытования этого образа в сюжете сказа «не фольклорная».
В сказе Павла Бажова «Сочневы камешки» главными «помощницами» Хозяйки Медной горы являются не ящерки, а кошки. Их зеленые глаза принял за изумруды Ванька Сочень, за это он, конечно, в конце сказа поплатился. Жадный Ванька Сочень выколупал глаза, приняв их за самоцветы. Этот сюжет, особенно с кошачьим причитаньем «Мяу-мяу, отдай наши глаза!», откровенно напоминает детские истории-страшилки. А кошки в нем взялись только потому, что самоцветы (изумруды), действительно, похожи на зеленые кошачьи глаза.
Наиболее интересна огромная Земляная Кошка из сказа «Кошачьи уши». Она живет под землей, «по пескам, где медь с золотыми крапинками». Наружу она выставляет только огненные уши, которых боятся волки. По образу жизни она очень напоминает Подземного Зверя Мамонта. «Сказание о Звере Мамонте» записал в Кунгуре В.Н. Татищев. В сказе «Змеиный след» упоминается деревня Кунгурка, которая находится недалеко от места действия сказа «Кошачьи уши». Если Кунгурку основали выходцы из г. Кунгура, то они могли принести с собой и предание о Звере Мамонте. Этот Мамонт тоже живет под землей; когда движется, оставляет за собой ходы-проходы; когда выходит на поверхность, то оставляет «следы Зверя Мамонта» – огромные воронки. Традиционно считается, что в образе Зверя Мамонта древние финно-угры воплотили свое объяснение явления карста (образование пещер и карстовых воронок на поверхности земли) и находок мамонтовых костей по берегам рек. Само же слово «мамонт» (правильно – «маммут») тоже финно-угорское. Но в общем, Зверя Мамонта и Земляную Кошку объединяет только подземный образ жизни.
В русских же поверьях утверждается, что над месторождением золота можно увидеть приведение – рыжего кота. В народных сказках Мамонт скрестился с русским Золотым котом, и появилась Земляная Кошка: живет в породах золота и огромная, как Зверь Мамонт.
Во многих русских сказках присутствуют коты, причем они могут быть на стороне главного героя или против него, но неизменно они будут чуть ли не самыми мудрыми зверями.
Баба Яга, живущая с черным котом, говорящий кот Баюн с острыми как меч когтями, способный словами обречь на смерть или наоборот излечить, примеров множество. В конце концов, вспомните, кто в сказках Пушкина живет на Лукоморском дубе?
Поэму «Руслан и Людмила» невозможно представить без учёного кота, что «ходит по цепи кругом». Пушкинский учёный кот – доброе и мудрое существо в отличии от его фольклорного прототипа – кровожадного Кота Баюна, который своими сказками усыпляет для того, чтобы убить. Кот Учёный – сама народная мудрость, кладезь песен и сказок, хранитель русского фольклора.
По версии знатока уральских поверий П. П. Бажова, у кошки «мерцают» не глаза, а уши:
…Вдруг два синеньких огня вспыхнуло. Ни дать ни взять – кошачьи уши. Снизу пошире, кверху на нет сошли… подбежала – точно, два огня горят, а между ними горка маленькая, вроде кошачьей головы… дивится Дуняха, как они горят, коли дров никаких не видно. Насмелилась, протянула руку, а жару не чует. Дуняха еще поближе руку подвела. Огонь метнулся в сторону, как кошка ухом тряхнула, и опять ровно горит… так и добежала до Чусовой реки, а уши уж на том берегу горят.
Вблизи тех мест, по которым бегала Птаха-Дуняха из сказа «Кошачьи уши», возле озера Карасье (тоже упоминаемого в сказах) имеется урочище Кошкарихинский торфяник. Может быть, «кошкарь» – это какая-то забытая профессия, а легенда об огненных кошачьих ушах – воплощение народной мифологии.
Горная Кошка (Земляная кошка) – хранитель уральских подземелий и кладов. Она гораздо крупнее обычной кошки: настолько большая, что, по рассказам «на неё можно сесть дюжиной». Обитает она в своих собственных лабиринтах: подземные норы кошки очень протяженные и витиеватые, имеют множество спрятанных входов и выходов. Находясь под землёй, кошка слышит все движения на поверхности.
По легенде, если кому-то повезёт ступить на её территорию, он вскоре узнает об этом и быстро поймет, что ему тут не рады: услышит скрежет когтей по полу, а если не внемлет, то увидит два огромных глаза, мигающих в темноте...
Крестьянская фольклорная традиция приписывает ей роль существа, обладающего сверхъестественной силой. «Два синеньких огня вспыхнуло. Ни дать ни взять – кошачьи уши, а между ними горка маленькая, вроде кошачьей головы... От Гальяна до самой Думной горы по пескам, где медь с золотыми крапинками, уши люди много раз видали, а кошку никому не доводилось. Под землей она ходит».
В сказе «Кошачьи уши» уши кошки этой несколько раз Дуняху от волков спасли, помогли найти дорогу домой и сберегли от пуль в ее сторону. Таким образом, хоть кошка «полностью» здесь не представлена, но явно есть косвенное ее присутствие. Причем образ ее положительный – она спасает девушку несколько раз.
Бажов так объяснял происхождение образа «земляной кошки»: «Образ земляной кошки возник в горняцких сказах, опять-таки в связи с природными явлениями. Сернистый огонек появляется там, где выходит сернистый газ. Он походит на болотный огонек. Но тот стоит свечкой, прямой, тонкий. А сернистый огонек имеет широкое основание и потому напоминает ушко».